«Тихое „ли“ сомнений проникает в каждое наше слово, превращая мирную жизнь в подобие боевого искусства».
Екатерина Агеева назвала свою поэтическую подборку «Камни Сизифа» — в честь героя, чьи вечные муки представляются нам адом. Но подобно Камю, автор оставляет пространство для сомнений: является ли труд Сизифа абсолютным наказанием? Не схож ли он с трудом художника, чьи вечные мысли — о том, имеет ли искусство смысл?
Лирические герои смотрят на мир в тот момент, когда их камень катится вниз. И в осознании абсурдности этого мира обретают если не счастье, то хотя бы свободу и утешение.
Екатерина — поэт, прозаик, критик. Публиковалась в журналах «Кольцо А», «Лиtеrrатура», «Знамя», «Формаслов» и других. Попала в лонг-лист «Лицея»-2020. Финалистка премий «_Литблог» и «Болдинская осень». Ведет телеграм-канал о разном литературном (и немного о себе) «Литературные патологии».
— Мне кажется, что Сизифа вполне можно считать мифологическим воплощением поэта. Мудрый и любящий жизнь во всех ее проявлениях. Обманывающий богов и способный пленить саму смерть. Да и стихи, как и камень в Тартаре, могут казаться бесполезными и бессмысленными. Причем и чужие, и свои.
Камю писал, что Сизиф обретает счастье именно в момент понимания бесцельности происходящего. Возможно, поэт тоже становится по-настоящему свободным, только когда осознает, как абсурдно его дело и его тексты. Потому и лейтмотив моей подборки — путь от постоянных сомнений и разочарований из-за столкновения с уроборосом жизни к смелости прямого взгляда и принятию решений. Пока еще ты можешь хоть что-то решать. Пока боги не наказали.
Камни Сизифа
***
Собака лаяла за будкой, что всё до свадьбы заживет, и то, что скатывалось в шутку, обратно закатилось в рот.
***
Время собирать камни. Или разбрасывать камни. Тайно прятать камни за пазухой или раздавать добровольцам в качестве средств самообороны. Обтачивать неровности и углы, вкладывать в чьи-то руки и говорить: «Смотри, вот он — мир».
Я не понимаю. Но я бы хотела, чтобы поняли камни, если в них осталась душа предыдущих перерождений.
***
А внутри меня заблудился ёжик в тумане. А внутри меня мамонтёнок мечтает о маме.
А внутри меня пингвинята Пепе и Лоло. А внутри меня не идёт для взрослых кино.
***
Тихое «ли» сомнений проникает в каждое наше слово, превращая мирную жизнь в подобие боевого искусства.
Ты ли это? Едва ли.
***
Я никогда не спрашивала бабушку, какие кружки ей нравятся — фарфоровые или металлические.
В чем секрет торта «Наполеон»? Кто стоит слева, в пальто, на общей выцветшей фотографии? Теперь-то и не узнаешь.
Но доживу — догадаюсь.
***
Из пустой экономии времени торопить минутную стрелку на свидание с часовой.
Перекладывайте с места в карьер эти камни Сизифа.
А я отложу один. На подольше.
***
После тебя остаётся лишь недовольное «мрр» от касанья кошачьего дремлющего хвоста.
Как же неосторожно душа отлетает.
***
Страна, что меня накрывает чехардой застолблённых мест на картах и глобусах, кружках китайских, футболках турецких, дешёвом бесшовном белье,
всё чаще напоминает ленту в плену у платьев, атласных юбчонок, шифоновых брючин и всякого женского прочего.
Жмущий на талии ремешок как спутанный поводок.
А я не хочу быть взрослой собакой, мама. Я щенком утоплюсь в ведре.
Автор обложки: Ира Копланова
Хотите больше текстов о важном, литературе и свободе? Подписывайтесь на телеграм-канал «Фальтера», чтобы не пропустить.
Если вам нравится наша работа, можете поучаствовать в сборе средств — это очень поддержит редакцию. Спасибо 🖤